Театр им. Щепкина возглавил новый главный режиссер
В послужном списке мастера – более 60 музыкальных и драматических постановок в Польше, Украине, Литве, России, Турции и других странах. На сцене щепкинского театра Линас Зайкаускас впервые заявил о себе в феврале текущего года спектаклем «Все, что тебе нужно, – это любовь».
Совсем скоро вниманию театральных гурманов предстанет новый проект режиссера – «двухсерийная» постановка по мотивам книги лауреата Нобелевской премии Светланы Алексиевич «Время секонд-хенд».
В перерыве между интенсивными репетициями режиссер нашел время для встречи с корреспондентом.
– Линас, в одном из интервью вы как-то заметили, что признаете спектакль неудачным в двух случаях: если на фоне действия зритель массово покидает зал или же, наоборот, когда в зрительном зале вовсе нет хотя бы чьего-то одинокого ропота…
– Зритель имеет полное право на несогласие. Главное, чтобы он не оставался равнодушен к увиденному. Хуже, когда зритель приходит в театр просто отдохнуть, так сказать, отключить мозги на пару-тройку часов. Мне кажется, театр существует для иных целей, чем просто банальное развлекательство.
– Каковы же эти цели, по-вашему?
– Театр обязан нести высокое искусство. Наряду с оперой, балетом или даже с опереттой. Он призван задавать новые масштабы мышления, культуры и образования. Без этих качеств невозможно выжить в XXI веке. Я подчас слышу: давайте сначала поднимем экономику, а затем расцветет и духовная жизнь. Такие люди, с моей точки зрения, настоящие профаны. Они абсолютно ничего не смыслят в современной экономике, основанной на интеллекте. Неинтеллектуальное общество не способно к саморазвитию, к поиску новых достойных ориентиров, к полноценной самореализации.
– Кого, по вашему мнению, сегодня можно назвать лидером европейского театрального процесса?
– Главным образом это Германия и Австрия. Отчасти Швейцария. В этих странах сейчас работают самые выдающиеся деятели современного театра. Там щедро финансируют нашу отрасль и сняты творческие ограничения. Очень хотелось бы, чтобы так же было и в Украине.
– Чем интересен современный театр?
– Тем, что в нем на практике реализованы принципы Станиславского и Немировича-Данченко: не играть, не рассказывать на сцене, а «жить». Как в современном кино. Актер ничего не изображает. Он естественен и обычен, он просто проживает кусок собственной жизни во всей полноте своей человеческой натуры.
– Вам это созвучно?
– Да, я пытаюсь пребывать в горячем потоке жизни, ярче чувствовать энергию азарта. В моих постановках вы не обнаружите много меланхолии или нудной флегматичности. Стараюсь, чтобы актер в моих спектаклях достигал полной органики, живости и максимальной психологической правды.
– Как вы в этой связи оцениваете актерский состав щепкинцев?
– Здесь, безусловно, есть талантливые личности. Например, молодая актриса Диана Каландаришвили. Сейчас она занята в моем новом проекте по книге Светланы Алексиевич. Светлана – лауреат Нобелевской премии по литературе, мой давний друг. Очень хочу, чтобы она приехала на премьеру. Постановка напоминает моноспектакль из двух частей: по одной на каждый вечер просмотра. Мы репетируем почти ежедневно с 10 утра до 9 вечера с двумя часовыми перерывами. Диана показывает чудеса работоспособности. Это качество выгодно дополняет ее талант.
Я вообще считаю, что творческие люди должны много трудиться. Это ускоряет процесс личного совершенствования. В свое время гениальный пианист Владимир Горовиц буквально ежедневно наигрывал простые гаммы, хотя при этом обладал невероятной техникой исполнения. И этот уровень мастерства нужно уметь подтверждать. Скажите, ну кому нужен дантист, который в прошлом все умел, а теперь потерял навык? Или сантехник, который берет с вас деньги, но элементарно не способен починить кран? Актер, как и режиссер, обязан идти в ногу со временем. И, если угодно, заниматься самомуштрой. Такова профессия.
– Вы руководили многими театрами, наверняка у вас сложилось свое мнение об актерах как особой группе людей?
– Мой опыт подсказывает, что актер – это даже не столько профессия, сколько, я бы сказал, национальность. В том смысле, что все актеры похожи между собой общей психической природой.
– А бываете ли вы жестки к актерам, которые, по вашей оценке, не справляются с поставленной задачей?
– Конечно. Я в принципе не терплю халтурного отношения к делу.
– А что важнее: готовый результат или репетиция?
– Разумеется, и то, и другое. Но мне вспоминаются слова Анатолия Эфроса: «Репетиция – любовь моя». Это в полной мере относится и ко мне.
– Часто ли вы испытываете удовлетворение от своих сценических работ?
– Почти никогда. Я вечно недоволен результатом. Задним числом замечаю ошибки и часто досадую по этому поводу. Но, пожалуй, именно это двигает меня дальше. Вспоминаю одну женщину, своего театрального педагога. Она плохо умела показать, как правильно выполнить этюд, но зато прекрасно видела все ошибки. И я весьма благодарен ей за эту науку.
– Можно ли утверждать, что режиссер Зайкаускас обладает своим фирменным творческим почерком, по которому его узнают на разных сценических площадках?
– Ну, кое-что, может быть, и существует. Однако я всегда сознательно стремлюсь к многообразию. Я больше тяготею к психологии Пикассо, который чуть ли не каждые пять лет совершал внутри себя революционный переворот. И при этом сохранял себя законодателем современной живописи.
– А что вы считаете главным в миссии художника в широком смысле слова?
– Понимаете, художник в любой своей ипостаси всегда окружен множеством духовных задач. Он постоянно стремится отыскать выход из положения. Его жизнь – это постоянная цепочка загадок и поиска неординарных ответов. И здесь главное – сохранять предельную честность перед собой и обществом.
– Что, по-вашему, означает быть честным?
– Предельно реалистичным. Иногда в чем-то даже натуралистичным. Понимаете, когда войну показывают в романтических красках, то многим после этого хочется воевать. А это весьма печально. Босх в своих знаменитых работах изображал ад в таких тонах, что становилось тошно на душе. И многих это отвратило от греха.
– У вас много знакомств среди известных украинских режиссеров. Можно ли со временем ожидать появления их имен в репертуарной афише театра?
– У меня уже готов список. Некоторых могу озвучить прямо сейчас. Это – Максим Голенко, Давид Петросян, Тамара Трунова, Станислав Моисеев, Антон Меженин и другие. Хотелось бы также, чтобы в Сумы приехал и мой друг, крупнейший польский режиссер Кшиштоф Занусси. Бывая в Париже, всегда обсуждаю с ним разные проекты. В том числе возможный приезд в Сумы. В общем, будем работать. В завершение скажу только одно: никогда не буду халтурить. Я просто не умею это делать!
shans.com.ua