25-летний парень рассказал, почему не захотел “косить” от армии

Старший солдат Александр Батюхно: «Мы знаем об армии из рассказов, которым верить нельзя. Все нужно увидеть своими глазами»

ДОСЬЕ

Александр Батюхно родился 19 мая 1992 года, живет в поселке Эсмань.
В 2010 году начал учебу в агроинституте СНАУ на специальности «Строитель», получил степень бакалавра.
В 2014 г. поступил на 5 курс Харьковского национального университета строительства и архитектуры.
В ноябре 2016 года пошел служить на срочную службу в ВСУ.

Как писали ранее, план призыва на срочную службу по Глухову и району выполнен всего лишь на 38%. С чем связана такая катастрофическая неявка молодых людей – причин куча. Но все же есть граждане, которые, как говорится, рвутся в бой и считают службу в армии своим долгом. Один из таких – 25-летний житель Эсмани Александр. Нам удалось пообщаться с ним сразу же по прибытии домой из Николаева, где призывник служил. Он буквально с колес рассказал о современных армейских реалиях срочной службы.
– Какие были мысли, когда тебе пришла повестка в армию?
– С двумя товарищами мы для себя решили сразу, что пойдем в армию (косить не будем) и повестки примем как должное. Друзей призвали в мае, меня – в ноябре 2016 года. Все уже вернулись благополучно домой.
– Какая мотивация была в принятии такого решения?
– Уверен, каждый уважающий себя мужчина должен пройти этот путь. Отец служил, а чем я хуже? Время летит там очень быстро – что такое полтора года или год?
Вообще, что говорят об армии? Для одних это чуть ли не тюрьма, а кому-то нравится. Нужно сразу понимать, что здесь есть свои нюансы. Это действительно вам не за компьютером сидеть и в войнушки играть. Здесь режим, устав, приказы.
– Не было разочарования от службы?
– Честно? Думал, будет хуже. Рассказывали, что автомат увижу только на присяге, а основным моим оружием станет метла. Как попал в учебку в Старичах (Львовская область), то эти слухи развеялись. У нас было все, как положено: и обкатка танком (своеобразный психологический тест, когда ложишься в яму, а над тобой проезжает танк), учились метать гранаты, постоянные ночные и дневные стрельбы, различные занятия, выезды на танкодромы. В общем, все включено.
– Куда направили после учебки?
– После двух месяцев учебки отправили в Херсон, в воинскую часть А1836 зенитно-ракетных войск, где дислоцируется 208 бригада. Оттуда по распределению попал служить в Николаевский дивизион. И до последнего дня был там. Получил специальность водителя и вышел со званием старшего солдата.
– Встречал в армии такое стереотипное понятие, как «квадратное катим, круглое носим»? Существует там сейчас дедовщина?
– Приказы не обсуждаются. Но такое понятие есть абсолютно на всех работах, не только в армии. Лично у нас такая поговорка бытовала: «– Иди копай! – А что копать? – Копай, я тебе потом покажу!» Такие моменты воспринимались с юмором. Унизительных приказов не было. Главное – понимать, что срочникам волноваться не о чем. Тут не уволят, как бы ты не хотел, раньше срока. Дедовщину уже не застал. Со мной служили разные люди, с кем не разговаривал – такого никто не встречал. Не исключено, что где-то может такое явление и есть. Но это, скорее всего, умирающие остатки советского прошлого.
– Есть ли там помощь при адаптации солдат к новому режиму? Все-таки это большая психологическая нагрузка.
– Есть психологи, работники с личным составом. Постоянно сдавали тесты. Например, когда заступали в наряд, всегда проверяли наше общее состояние. Все-таки на руки выдают огнестрельное оружие.
– Армия кормит? Как с питанием, материальным обеспечением?
– При поступлении на службу получил единоразовую помощь в размере 2900 грн. Зарплата в армии зависит от звания, должности. Я как водитель получал каждый месяц 208 грн. Зарплатой в наше время это конечно назвать сложно. Но голода и холода я в армии не ощутил. Кормили хорошо, три раза в день. Пища разнообразная. Конечно, не без того, что некоторые блюда, скажем так, приедались. Но мама, как увидела меня, сказала, что даже поправился.
– Когда понял, что вот уже и дембель, грусти не было, что этот этап жизни пройден?
– Поначалу думал, что, как увижу родной дом, на глазах будут слезы счастья. Но когда увольнялся со службы, такого чувства уже не испытывал. Совершенно незнакомые люди, которых повстречал там год назад, стали родными. Все-таки общие проблемы, разные ситуации объединяют военный коллектив. Очень многое зависит и от командира. Нам с ним очень повезло, всем бы такого.
– Некоторые люди считают, что в армии теряют год жизни. Это так?
– Каждый выбирает по себе. В армии служат разные люди. Есть и такие, кто ищет пути, чтобы спетлять оттуда. Много кто считает это своим долгом. Главное – настроить себя на новую жизнь. Но и сказать, что теряешь год, нельзя. Многому учишься, и не только в военном деле.
– Не думал о контрактной службе в ВСУ?
– Если бы мне задали этот вопрос год назад, до армии, я категорически ответил бы «нет». Все-таки разница есть – год или три отслужить. Но сейчас я бы не сказал, что контракт это что-то страшное и неизвестное. Мог бы подписать после 11 месяцев службы первый пробный на полгода. Но это я всегда успею. Сейчас хочется насладиться домашним уютом, побыть с родными и друзьями. Не исключено, что через месяц решусь подписать.
– Что мог бы посоветовать призывникам, которые еще размышляют быть или не быть срочником?
– Со службой советую не затягивать. Не так страшен черт, как его рисуют. Мы в основном знаем об армии из рассказов, которым верить нельзя. Все нужно увидеть своими глазами. А сейчас постоянно меняются законы, неизвестно, что будет завтра.
К примеру, офицеры, которые получили звание на военных кафедрах и были до этого освобождены от срочки, теперь обязаны отслужить полтора года. И когда ты приходишь 50-летним в армию, все дается сложнее, чем в 25. Лучше сейчас в молодом возрасте, так сказать, отстреляться, чтобы потом не сидеть как на пороховой бочке.

Марина Мекеда, НЕДЕЛЯ

Поділитися в соціальних мережах