На Сумщине банк обязал 2-летнего мальчика отдать 32 тысячи гривен кредита
Об этой непростой ситуации рассказал отец мальчика Андрей:
«Мы с Ольгой познакомились в 2012 году. О ее прошлом я знал лишь, что у нее проблемы с почками и есть 12-летний сын от первого брака. О существовании кредита даже не подозревал.
В 2015-м любимая со своим ребенком переехала из родного села Роменского района ко мне в Глухов, так как Руслан поступил в аграрный институт. Официально оформлять отношения с Олей мы не стали, решили жить гражданским браком. Она работала учительницей в с. Некрасово, я мотался по заработкам, в том числе по заграницам. Вскоре Оля забеременела, и настал трудный период: мало того что с медицинской точки зрения она была старородящей, так еще сказалась почечная недостаточность. Организм не выдерживал нагрузку, поэтому постоянно приходилось лежать в стационарах Глухова, Сум и Киева. Всю беременность мы разрывались на три города. Оля очень плохо себя чувствовала, угасала буквально на глазах. Нашей основной задачей было дотянуть до шести с половиной месяцев, чтобы ребенок мог выжить вне материнской утробы, и сделать в Киевском институте акушерства и гинекологии кесарево сечение. Дотянули. Затем была долгая реанимация ослабевшей мамы и недоношенного новорожденного.
За месяцы, проведенные в больницах, ушло очень много денег – наскребали всем миром. После родов Оля стала инвалидом I группы, жила лишь благодаря гемодиализу, трижды в неделю я возил ее на очистку крови. Процедура длилась три часа, и мы с малышом всегда ждали маму под окнами – я катал Егора в коляске. А однажды во время очистки крови Оле стало плохо, и она умерла. Это случилось 6 января 2018-го. Сыну на тот момент был годик. После смерти Ольги ее старший сын Руслан уехал работать в другой город и перестал с нами общаться. Вот уже год и три месяца мы с сыночком живем одни. Выживаем на социальные пособия, так как ребенок постоянно болеет и у меня нет возможности выйти на какую-нибудь работу. Сыну сейчас два с половиной года, он оформлен в садик, но график посещений – плачевный. Шесть недель не ходил, так как болел, затем два дня сходил и вот сейчас опять на больничном…
А в минувшую пятницу почтальон принесла письмо из Глуховского суда, которое меня буквально убило. Мой 2-летний сын Егор обязан выплатить банку долг в сумме 32 тыс. грн., который якобы не вернула его мать! Все эти дни я мотаюсь по различным инстанциям, юристам, адвокатам, социальным службам. Оказывается, Оля еще в 2007 году, задолго до нашего с ней знакомства, брала кредит. О том, что она находится в долговой яме, не знал никто, эта новость стала полной неожиданностью для всего близкого окружения жены. Оказалось, она за эти годы ни словом не обмолвилась о кредите ни мужу, ни лучшей подруге – куме, ни родителям, ни старшему сыну. Юристы начали разбираться с документами и выяснили, что в 2015 году кредит был погашен. Правда, в большинстве случаев взносы вносились с опозданием, то есть с просрочкой в один день. Вероятно, оставалась неоплаченной какая-то незначительная сумма, о которой Оля то ли не знала, то ли чего-то недопоняла. Ну не может взрослый человек, которому уже под 40, к тому же с высшим педагогическим образованием, учительница, спокойно жить, зная, что за ней числится непогашенный кредит, который с каждым днем обрастает процентами! Тем более что в 2015 году финансовое положение нашей семьи было стабильным – я тогда вернулся из Швеции, где хорошо заработал, мы купили много бытовой техники, обновили мебель. Я не верю в то, что Ольга скрывала от меня какие-то долги. У нас были доверительные отношения, мы дорожили друг другом. Для меня остается загадкой – как такое вообще может быть, откуда взялась сумма в 32 тыс. грн.?!»
Банк переложил кредит на 2-летнего сына покойной Ольги, потому что это первая линия родства. Поскольку по документам женщина не была замужем, то юридически Андрей к ее долгам отношения не имеет. Но он является законным представителем Егорки, так как малыш записан на его фамилию. Что касается старшего, 19-летнего сына должницы Руслана, он считает, что, раз у Ольги два сына, то и оплачивать мамин кредит должны оба. Да только вот если Руслан уже зарабатывает, то что делать Егорке, живущему с безработным папой на социальные пособия – 860 декретных и 1500 сиротских?
Юристы говорят Андрею, что банк может подождать с долгом, пока малыш вырастет и станет совершеннолетним. При этом выплачивать он будет сумму, обозначенную на сегодняшний день, а не ту, до которой она вырастет за эти 12 лет. Но мужчина не согласен повесить долг на своего единственного ребенка: «Мне уже 43 года, а сыну только два, и неизвестно, сколько я еще протяну на этом свете. Оставлять Егору огромный долг я не хочу. Поэтому буду добиваться, чтобы его аннулировали».
Суд с банком состоится в ближайшее время. Андрей очень надеется выиграть дело. Сейчас над вопросом кредита, возложенного на маленького глуховчанина, ломают головы сразу несколько юристов и адвокатов Глухова и Сум, к которым Андрей обратился за юридической помощью. Однозначного ответа он пока не получил ни от одного из них…
shans.com.ua