Пожарный автомобиль спровоцировал ДТП
Езда с включенными проблесковыми маячками и сиреной вовсе не дает права ставить под угрозу жизнь других участников дорожного движения. Это только предупредительный сигнал, и нарушать требования светофоров и дорожных знаков можно, только если дорога свободна. Однако водители спецтранспорта часто забывают об этом – что и становится причиной ДТП.
Вот и недавно Заречный райсуд рассмотрел уголовное производство, открытое в отношении водителя управления Госслужбы по чрезвычайным ситуациям в Сумской области. В декабре 2016 года он, управляя служебным автомобилем ЗИЛ-131НА, ехал по ул. Харьковской в сторону центра Сум с включенной сиреной и маячками. Перекресток Харьковской и Прокофьева он решил пересечь на красный. В итоге пожарный автомобиль столкнулся с Chevrolet Niva, который ехал на зеленый свет с ул. Прокофьева на пр. Лушпы. Пассажирка легкового автомобиля получила серьезные травмы – перелом нескольких ребер, ушиб легкого, сотрясение головного мозга и другие повреждения, которые были квалифицированы как травмы средней тяжести. В отношении водителя пожарного авто было открыто уголовное производство по ч. 1 ст. 286 УК Украины (нарушение ПДД, из-за которого потерпевшей были причинены телесные повреждения).
Изучив международные и украинские нормы дорожного движения, суд пришел к выводу, что водитель, своевременно включивший проблесковые маячки и сирену, имеет право на первоочередной проезд перекрестка при условии, что это не поставит под угрозу других участников движения. А для этого он должен был убедиться, что другие водители его видят и пропускают (они обязаны это сделать). Эта информация должна была содержаться в обвинительном акте, но ни следователь, ни прокурор ее почему-то не указали. Поэтому суд пришел к выводу, что во время досудебного расследования уголовного производства не были соблюдены принципы законности и права водителя как участника уголовного производства были нарушены, а сформулированное против него обвинение не было полным и конкретным. Кроме того, суд посчитал, что из-за неэффективного, одностороннего и предвзятого досудебного расследования не были получены надлежащие доказательства – хотя обвинение представило запись видеорегистратора и показания свидетелей. Однако на этой записи самого момента ДТП нет – его скрывает стоящая впереди машина.
Водитель «Нивы Шевроле», который проходил по данному делу как свидетель, рассказал, что ехал с женой по делам и приближался к перекрестку со скоростью около 60 км/ч. Увидев зеленый сигнал светофора, он уменьшил скорость до 55 км/ч и выехал на перекресток, где неожиданно увидел пожарный автомобиль – и сразу произошло столкновение. Он не видел автомобиля до перекрестка и не слышал звука сирены (что неудивительно при такой скорости). Пожарный автомобиль, по словам свидетеля, двигался со скоростью около 70 км/ч. Также свидетель заявил, что его видимость ул. Харьковской была ограничена грузовиком, который как раз в это время поворачивал с Прокофьева на Харьковскую. Такие же показания дала и потерпевшая, но остальные участники дорожного движения, опрошенные судом, называли разные цифры. Учитывая разнобой в показаниях, суд пришел к выводу, что свидетели не могут помочь установить фактические обстоятельства ДТП.
А предоставленные «результаты следственных экспериментов» вообще не выдерживают никакой критики и являются просто допросом свидетелей на месте событий, а не воссозданием обстоятельств ДТП. Поэтому суд не принял их в качестве доказательств. Помимо всего прочего, они проводились через полгода после аварии, когда свидетели уже могли забыть многие детали, а с одним из свидетелей – и вовсе почти через год.
В итоге после изучения показаний свидетелей и выводов экспертиз суд так и не установил, мог ли водитель пожарного автомобиля увидеть «Ниву» до выезда на перекресток и предотвратить столкновение и видел ли водитель «Нивы» приближающийся к перекрестку ЗИЛ с проблесковыми маячками и сиреной, которому он должен был уступить дорогу.
Вызвали сомнения суда и результаты медэкспертизы, устанавливавшей, какие телесные повреждения получила потерпевшая. Несмотря на то что ДТП произошло в декабре, эксперт получил постановление следователя о проведении экспертизы только в мае, когда у потерпевшей уже не было телесных повреждений. Поэтому ему пришлось проводить экспертизу на основании медицинской документации – что допускается законом только в исключительных случаях. Но в этот раз никаких исключительных обстоятельств не было – следователь объяснил такое нарушение сроков проведения экспертизы только своей занятостью, которая помешала ему написать постановление раньше. Да и сама экспертиза была проведена с нарушениями.
В общем, такое расследование выглядит откровенным саботажем и намеренным разваливанием уголовного производства. Но за это у нас не наказывают, так что и следователь, и эксперт будут продолжать свою плодотворную работу по другим делам. А по этому из-за отсутствия доказательств вины водителя пожарного автомобиля суд пришел к выводу о его невиновности. Иск о возмещении моральной и материальной компенсации пострадавшей остался без рассмотрения…
Источник: shans.com.ua