Вынесли приговор жителю Сумщины, который убил сестру и сжег ее тело
Бытует мнение, что братья и сестры – это самые родные люди на всю жизнь. Многие родители надеются, что их дети, осиротев, будут поддерживать друг друга до старости и, значит, никогда не останутся одни в этом мире, как бы ни сложилась их семейная жизнь.
На практике же как раз смерть родителей вместо того, чтобы сплотить детей, обнаруживает настоящие бездны скрытого до времени негатива. Всему причиной – родительское наследство, в чем бы оно ни заключалось. Битвы между родными людьми за домик-развалюшку в селе могут быть даже сильнее и яростнее, чем за процветающие фабрики, заводы и виллы на курортах Средиземноморья. К сожалению, иногда такие конфликты становятся причиной полного разрыва отношений, а то и трагедий. Вот и недавно Недригайловский районный суд рассмотрел уголовное производство в отношении местного жителя Михаила (имена изменены).
43-летний мужчина официально не работал, жил с сожительницей. В 2019 году умерла его мать. Это стало причиной длительного конфликта с сестрой Анной. Анна хотела разделить родительский дом пополам, но Михаил, который был в нем прописан, требовал его в полную собственность. При этом Анна действовала, как ни странно, в интересах брата – не доверяя его сожительнице, она боялась, что Михаил продаст дом и останется без крыши над головой и без денег, а так хотя бы полдома сохранится. Между ними постоянно вспыхивали ссоры.
В тот день в марте Михаил приехал к сестре сообщить, что в родительском доме отключили газ и он не намерен его подключать. Дело в том, что в доме никто не жил и не пользовался газом, однако заботливые газовщики исправно начисляли плату за доставку газа. Газ ведь был в трубе – был, а что им не пользовались – так за использование никто и не начислял, только за доставку. Михаил оформил договор на себя, поэтому квитанции приходили ему, он ничего не платил и газ отрезали. Эту историю он и рассказал сестре, как раз направлявшейся в дровник возле дома.
Конечно, она была возмущена – и тут же напомнила Михаилу, что и договор он заключил незаконно, и прописался незаконно. Дальше, по словам Михаила (а их уже не проверишь), Анна, выйдя из себя, схватила полено и ударила им брата в область левого глаза. Тот в ответ нанес ей несколько ударов кулаком в лицо, а потом, схватив лежащий на полу в углу кухонный нож, дважды ударил ее ножом в грудь и левый бок. Женщина умерла практически сразу.
Теперь Михаил задумался над тем, что делать дальше. Садиться в тюрьму он не хотел, поэтому решил избавиться от трупа так, чтобы его уже никто не нашел – или хотя бы не смог установить причину смерти. Во дворе стоял автомобиль сестры, «Лада Калина», которой женщина в течение холодного сезона не пользовалась вообще – боялась скользких дорог, к тому же в последнее время у нее были проблемы со зрением. Но горючее в машине было. Михаил погрузил труп в багажник, вывез за пару километров от границы Недригайлова. В кустах, где местные жители устроили свалку, обложил дровами, облил специально привезенным для этой цели бензином, который слил из мотокосы, и поджег. Понаблюдав какое-то время за тем, как огонь уничтожает тело, он поехал к сожительнице на этом же автомобиле. По его словам, собирался сжечь и машину тоже – но через несколько дней его задержали правоохранители.
Михаил рассчитывал, что его сестры, которая жила одна, долго не хватятся – но не учел, что женщина ежедневно созванивалась с дочерью. Та не смогла дозвониться до матери один день, другой – и начала волноваться, попросила соседку к ней зайти – соседка сказала, что дом закрыт и машины во дворе нет. Дочь, зная, что мама почти наверняка не села бы за руль, решила срочно ехать к ней – но рейс отменили. На следующий день соседка снова не увидела ни Анну, ни ее машину – и женщина пустилась в путь. Добравшись до материнского дома около 10 вечера, при свете фонаря она увидела сломанную ручку двери в доме и кровь. Начала ходить по следам, пытаясь понять, что тут происходило, и обнаружила в сарае большое количество крови. Испугалась, что мама, возможно, ранена, и вызвала полицию. Правоохранители помогли ей открыть запертые двери в дом – там тоже были кровавые следы. И поскольку у Анны был длительный конфликт с братом, поехали его искать. А вместе с ним обнаружили автомобиль женщины – так что ему не оставалось ничего другого, как признаться. В отношении Михаила открыли уголовное дело за убийство и угон автомобиля.
К слову, его план вполне удался – тело Анны обгорело так, что устанавливать, кому оно принадлежит, пришлось по ДНК зубов, которую сравнивали с ДНК дочери. Если бы Михаил не показал местонахождение останков, их, скорее всего, не смогли бы идентифицировать.
В суде мужчина признал свою вину, раскаялся и попросил прощения у племянницы, которую лишил матери. Суд приговорил его к десяти годам лишения свободы.