На Сумщине посадили предпринимательницу, которая наняла бомжа для поджога соседского дома
Известно, что женский алкоголизм намного страшнее мужского, поскольку женщины, начав пить, деградируют намного быстрее, чем мужчины. И вовсе не всегда речь идет о нищенках, копающихся в мусорных баках, – многие женщины, имеющие проблемы с алкоголем, являются, на посторонний взгляд, вполне успешными и состоявшимися в жизни.
Вот и недавно перед Шосткинским горрайонным судом предстала 42-летняя жительница Шостки Лариса (имена изменены). Женщина – частный предприниматель, имеет квартиру и магазин, передвигается по городу на такси – и при этом состоит на учете у нарколога и психиатра и периодически попадает на лечение в наркодиспансер. Семьи у нее в данный момент нет.
Злоупотреблявшая спиртным женщина не заботилась о своем сыне Максиме, более того, как он говорит, делала все, чтобы его мучить, выгоняла из дома, и ему приходилось ждать у соседей, пока она придет в себя. В итоге Лариса отправила сына в интернат, где мальчик находился три месяца. Устав от постоянных издевательств матери, Максим написал заявление о лишении Ларисы родительских прав. С разрешения опекунского совета он поселился в доме соседки Ирины Олеговны, а ее зять стал официальным опекуном мальчика.
Максим называл хозяйку дома бабушкой и был очень ей благодарен – ведь процесс о лишении родительских прав длился почти год, и за это время его биологическая мать много раз в нетрезвом виде являлась скандалить к Ирине Олеговне. Ему и сестре Ларисы пришлось инициировать судебно-психиатрическую экспертизу, выявившую у женщины расстройства психики вследствие злоупотребления спиртным и направившую на лечение. Во время ожидания решения суда мать бросалась на Максима с кулаками, и ему пришлось убегать от нее по коридорам. А после лишения родительских прав женщина год не давала о себе знать и, казалось, забыла о сыне, выбравшем жизнь с чужими людьми. Находившийся рядом с их жильем дом родителей Ларисы, который унаследовала ее сестра, стоял пустым и заброшенным, Лариса жила в своей квартире. Но история на этом не закончилась.
Новогодние праздники в очередной раз привели ее в наркологическое отделение местной больницы. Там Лариса познакомилась с также находившимся на лечении Вадимом – ему было 37 лет, он не имел постоянного места жительства, страдал алкоголизмом и психическими расстройствами на его почве – и они с Ларисой быстро нашли общий язык. Видимо, праздники, которые большинство людей стремятся проводить в семейном кругу, всколыхнули в душе Ларисы обиду на сына и приютивших его людей. И она предложила Вадиму сжечь усадьбу Ирины Олеговны, чтобы лишить Максима его нового дома. Вадим согласился.
15 января они вместе направились осмотреться на месте. Однако пробраться незамеченными со стороны родительского дома Ларисы у них не получилось: куры соседки как раз выбежали за территорию усадьбы, за ними побежала, подзывая их, помощница Ирины Олеговны по хозяйству. Женщина как раз убиралась в бане, построенной совместно членами семьи. Баня была фактически отличным домиком, оснащенным хорошей дорогой мебелью и техникой. Ее единственным недостатком было отсутствие отопления, поэтому молодое поколение хозяев жило в ней только летом – а зимой устраивало здесь праздники с гостями. Вот и в этот раз помощница убирала баню после дня рождения дочери Ирины Олеговны, увидела убежавших кур, решила загнать их обратно и у границы между дворами встретила уже изрядно подогретую спиртным Ларису и ее спутника. Лариса устроила скандал, что куры выходят на ее территорию, потребовала, чтобы соседи построили забор, иначе она им устроит.
В это время мужчина зашел во двор Ирины Олеговны, быстро прошел мимо бани туда, где от нее был кратчайший путь к дому. При этом он оглядывался по сторонам так, что помощница, вернувшись в дом, сказала хозяйке, что их, наверное, собираются ограбить. Ирина Олеговна позвонила Максиму, который был на занятиях в лицее, сказала, что его мать крутится около дома с незнакомым мужчиной, они оба в нетрезвом виде и чтобы он был осторожен.
Непрошеные визитеры уехали. Вечером Лариса позвонила сыну и в грубой форме с матом через слово заявила: если завтра ему не будет куда идти, чтобы к ней он не приходил, она ему не откроет, потому что сына у нее нет, не было и не будет, также она высказывала недвусмысленные угрозы в адрес Ирины Олеговны. Позже они с Вадимом на такси отправились на заправку, где Лариса купила 3 л бензина в 5-литровую пластиковую бутылку (хотя это запрещено правилами), после чего дала Вадиму ключ от калитки родительского дома и отвезла его туда, а сама на том же такси вернулась домой.
Около половины одиннадцатого ночи Вадим забрался в баню на участке Ирины Олеговны, разлил там бензин и поджег его. Как он потом сказал хозяйке, просто пожалел их семью, потому и не стал поджигать дом. Из бани он прихватил три бутылки дорогих виски и ликеров, которые и привез Ларисе вместе с сообщением о том, что все выполнил.
Пожар заметили не сразу. Баня сгорела вместе с находившейся в ней мебелью и техникой, поджог причинил ущерб свыше 470 тыс. грн.
Долго искать поджигателей полиции не пришлось – непонятные маневры Ларисы и ее спутника возле усадьбы, угрозы сыну, покупка бензина, запечатленная на видео камерами на заправке, показания таксиста – все связывалось в цельную картину, да и Вадим признался в том, что совершил поджог по просьбе Ларисы. Но до суда бомж не дожил, Лариса же свою вину категорически не признавала и пыталась представить дело так, что Вадим напросился с ней поехать на дачу, они договорились, что он начнет расчистку и уборку заросшего двора. Он слышал ее разговоры по телефону и видел, что она расстроена конфликтом с соседями. Вечером он якобы сказал ей, что знакомые дадут ему бензопилу для работ в ее дворе, но нужно купить бензин – что она и сделала, и он отправился к своим друзьям. А около 12 ночи позвонил ей, сказал, что что-то поджег. Было плохо слышно, и она попросила его прийти объяснить все лично. Он пришел с каким-то пакетом и сказал, что поджег баню соседей – а через пять минут приехала полиция и обоих забрали в отделение. Она ни о чем Вадима не просила, он это придумал, чтобы переложить на нее вину.
Тем не менее, эта версия не имела успеха. Изучив все материалы дела и показания свидетелей, суд, несмотря на все усилия адвоката, признал Ларису виновной по ч. 2 ст. 194 УК Украины (умышленное повреждение чужого имущества путем поджога, причинившее ущерб в крупных размерах) и приговорил к четырем годам лишения свободы. Также ей предстоит возместить расходы на проведение экспертиз (27633,76 грн.), 400 тыс. грн. материального ущерба, причиненного потерпевшим, и 50 тысяч – морального. Ее имущество остается под арестом для обеспечения данных выплат.
Хочется верить, что хотя бы в исправительном учреждении Ларисе удастся освободиться от пагубной привычки, сломавшей ей жизнь. Может, после этого она сможет почувствовать благодарность к людям, спасшим ее сына от интерната?