Суд приговорил водителя за пьяное ДТП со смертельным исходом
Вождение в состоянии алкогольного опьянения – одна из главных причин ДТП с человеческими жертвами. Исправить ситуацию и повысить сознательность водителей не помогают ни высокие штрафы, ни лишение прав.
Да и сами правоохранители, на работе демонстрирующие борьбу с любителями выпить за рулем, вне службы порой не спешат пресекать данное нарушение, а то и сами в нем участвуют.
Недавно Ахтырский горрайонный суд закончил рассмотрение уголовного производства о смертельном ДТП, которое случилось в Ахтырском районе еще в октябре 2014 года. Следствие и судебное рассмотрение дела затянулось из-за множества экспертиз, часть которых допускала двойное истолкование. Суду же нужно было четко установить, кто был за рулем транспортного средства, поскольку обвиняемый утверждал, что вел автомобиль не он, а его погибший одноклассник.
Максим и Павел (имена изменены) дружили со школы. Во взрослой жизни ничего не изменилось – молодые люди остались жить и работать в Чернетчине, где выросли. Павел пошел работать в милицию, в начале 2014-го был в зоне АТО, благополучно вернулся и продолжал работать. Время от времени друзья встречались, общались, гуляли вместе со своими девушками. Одно из таких гуляний и закончилось трагедией.
В тот день Максим и Павел выпивали в местном баре с другими парнями. Затем Павел начал уговаривать Максима съездить в Ахтырку посидеть в кафе с девушками. Речь шла о том, чтобы поехать на автомобиле «ВАЗ», принадлежавшем отцу Максима. Павел брался его уговорить дать машину, обещая, что прикроет в случае неприятностей. Так они выпросили машину и отправились в Ахтырку.
Двигались они с довольно большой скоростью, автомобиль потерял управление и вылетел в кювет, где перевернулся, придавив выпавшего наружу Павла. Как потом установили эксперты, у него были разорваны легкие, печень, переломаны ребра. Это вызвало множественные внутренние кровотечения, но умер он не от них – задохнулся из-за того, что оказался под автомобилем, сдавившим его грудную клетку.
Максим отделался синяками и потерей сознания. Он пришел в себя, когда у автомобиля остановилась проезжавшая мимо машина. В это время он находился на водительском месте, голова и корпус свисали между сиденьями. Выбравшись из автомобиля с помощью остановившегося водителя, уже вызвавшего скорую и правоохранителей, Максим обошел вокруг машины, увидел лежащего Павла, сел у его ног и заплакал. Свидетелям он сказал, что в машине было четыре человека, но никаких следов еще двоих никто не видел, если они существовали в реальности, то должны были исчезнуть сразу после ДТП. Максим позвонил девушке Павла, которая ждала их в кафе с подругами, и сообщил о его гибели. Девушка позвонила родителям погибшего милиционера. В итоге и те, и другие подъехали к месту происшествия с разных сторон.
Через 4-5 дней после похорон Максим начал всем говорить, что за рулем был Павел. Это же он сообщил и в суде. Дескать, перед въездом в Ахтырку они поменялись местами, чтобы избежать возможных неприятностей с милицией из-за состояния опьянения. По словам Максима, он не помнит, как его вытягивали из автомобиля, о том, что Павел погиб, он узнал от медиков, а затем на такси поехал к соседу. Но сотрудники милиции приехали, забрали его и повезли в больницу для фиксации телесных повреждений, а затем в райотдел.
По факту нарушения правил дорожного движения, вследствие которого погиб человек, было открыто уголовное производство. Но кто же был за рулем? Чтобы установить это, понадобилось множество экспертиз, еще больше запутываших ситуацию. Например, эксперт, которая изучала водительское сиденье, обнаружила на нем волокна с джинсов Максима и волокна, предположитьельно оставшиеся от курточки Павла. Впрочем, она не стала исключать, что в процессе переворачивания автомобиля могло произойти перемещение микрочастиц в салоне. Эксперт, изучавший повреждения, предположил, что в результате переворачивания из машины выпал пассажир, а не водитель, но однозначный ответ дать затруднялся.
Специалист, изучавший повреждения, полученные погибшим и обвиняемым, тоже склонялся к тому, что Павел находился на пассажирском месте, но заявил, что на его теле не было повреждений, характерных для водителя или пассажира. У обоих обследованных мужчин не было характерных отметок от руля на животе или грудной клетке, а внутренние повреждения на теле Павла образовались уже при сдавливании. Судмедэксперт, принимавшая участие в комплексных судебно-медицинской и судебно-автотехнической эксперизах, сообщила, что конкретно установить, кто управлял автомобилем, им не удалось. Через левую дверцу из автомобиля не выпадал ни один из потерпевших, Павел, скорее всего, выпал через дыру в лобовом стекле. При переворачивании автомобиля тела находившихся в нем людей перемещались.
Менее расплывчатые результаты дала экспериза следов крови на подголовнике водительского сиденья – с большой вероятностью они принадлежат Максиму, как и клетки эпидермиса, обнаруженные на рукоятке коробки переключения передач. Происхождение этих следов от Павла эксперты исключили.
Также, по данным комплексных экспертиз, при переворачивании автомобиля вокруг своей оси у водителя было больше шансов остаться в машине, поскольку он более фиксирован в салоне, чем пассажир.
Тем не менее за время следствия и суда было проведено еще несколько комплексных экспертиз, которые пришли к выводу о нахождении Максима на водительском месте в момент ДТП. Изучив все эти данные, суд пришел к выводу о виновности Максима, который во время рассмотрения его дела продолжал работать водителем на предприятии. Учитывая его положительные характеристики, отсутствие судимостей, а также совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения и отсутствие раскаяния и признания своей вины, суд приговорил его к четырем с половиной годам лишения свободы с последующим лишением водительских прав на три года. Также Максиму предстоит возместить более 35 тыс. грн., истраченных государством на проведение экспертиз.
shans.com.ua