Полиция “отмазывает” сына чиновника?
Месяц назад начальник Главного управления Нацполиции в Сумской области Николай Лушпиенко отчитался о работе полиции за 2 года после реформирования и рассказал об успехах своих подчиненных по раскрываемости преступлений. Так, он сообщил, что раскрываемость на Сумщине превышает средний показатель по другим регионам Украины…
Житель Краснопольского района Александр Е., прочитав в СМИ о высоких показателях работы полиции в Сумской области, связался с журналистами, чтобы поделиться своей историей, которая, к сожалению, не попала в процент по раскрываемости. Хотя все фигуранты правонарушения, которое было совершено в селе Мозговое Краснопольского района 2 сентября 2016 года, уже давно установлены, пишет shans.com.ua.
– 2 сентября исполнился ровно год после побоища, которое произошло в селе Мозговое, – рассказывает Александр. – У моей семьи – большое фермерское хозяйство, и сами мы порой не справляемся. Поэтому иногда, особенно в теплое время года, есть необходимость в дополнительных рабочих руках. И вот однажды к нам обратились люди, которые работали у другого предпринимателя в одном из соседних сел. Они рассказали, что им там не платят и даже бьют, и очень просились, чтобы мы взяли их к себе на работу. Мы согласились. Те не стали предупреждать своего прежнего хозяина, опасаясь очередной порции побоев, поэтому просто молча от него ушли.
Прошло несколько дней. И вот звонит нам их бывший хозяин Анатолий и требует, чтобы мы прогнали его работников и чтобы те немедленно вернулись к нему. В противном случае он пообещал, что расправится с ними, еще и нам достанется. Я не обратил особого внимания на его угрозы. Через три дня после этого я поехал в Сумы по делам. В этот же день мне позвонил мой сын, который сообщил, что его и рабочих сильно избили. Как я уже говорил, это было 2 сентября 2016 года в селе Мозговое на ул. Полесье. Сын рассказал, что к дому подъехал «форд», из которого вышло четыре мордоворота. Сначала они угрожали, а потом началась драка. Голыми кулаками они не смогли одолеть моего сына и работников, поэтому пошли к своему авто и достали биты. Вот тогда-то всем и досталось. Самое печальное, что, когда они приехали, у сына на руках сидел его трехлетний сын, которого те мордовороты даже не дали отпустить домой! Сыну приходилось прикрывать собой ребенка, получая удары ногами…
Скажу честно, я очень жалею, что меня тогда не было дома. Я бывший военный, офицер, имею награды, оружие. Я бы всех четверых уложил просто там на месте, ни секунды не сожалея о содеянном. Да, меня бы посадили, но мир бы стал чище без четырех уродов. В результате работники, которым тоже досталось, и мой сын попали в больницу с телесными повреждениями разной степени тяжести.
Приезжала опергруппа, снимали показания, были зафиксированы побои, и тогда казалось, что дело будет доведено до конца, а виновные будут наказаны. Но не тут-то было. Приезжали ко мне родные одного из тех четырех отморозков. Оказалось, он сын одного из председателей сельсовета нашего района. Очень просили забрать заявление, чтобы не портить карьеру их сынку. Естественно, мы им отказали. Через пять дней после драки одного из работников, которому прилично досталось, почему-то вызвали в Сумский райотдел полиции, а не в Краснополье. Он рассказал, что там ему предложили денег за то, что он напишет отказ от претензий за нанесение телесных повреждений. А если не напишет, грозили открыть в отношении него уголовное производство, так как бывший работодатель написал на него заявление о том, что тот якобы украл инструмент, когда уходил от него. Я не верю, чтоб он что-то украл. Скорее, это его обокрали, не выплачивая денег за работу. В общем, этот работник подписал документ, в котором он отказывается от претензий за причиненные ему телесные повреждения. Но ведь есть и другие пострадавшие. Прошел год… От полиции – ни слуху ни духу.
По данной истории в полиции заверяют, что следствие ведется. И на этом все. Теперь-то становится понятно, почему следствие по многим делам ведется годами. Если даже в деле со всеми известными фигурантами одного года мало, чтобы установить, кто виновен, а кто нет, то что говорить о тех преступлениях, где ведется поиск преступников, личность которых не установлена? А ведь таких историй, как у Александра Е., наверняка немало. И если бы их все разом довели до логического конца, то показатели полиции по раскрываемости возросли бы еще больше.