“Избавляются от конкурентов”: Интервью с одним из “топ-контрабандистов”, попавших под санкции СНБО
Орест Фирманюк, один из десяти людей, попавший 2 апреля в санкционный список Совета нацбезопасности и обороны как “топ-контрабандист”, прокомментировал “Стране” решение СНБО.
Орест Фирманюк является таможенным брокером и владельцем нескольких фирм, работающих в сфере внешнеэкономической деятельности (ООО “Валгер групп”, “Аэропорт Киев Карго”).
По его словам, он оказался в санкционном списке из-за того, что на него обозлились в СБУ. А сам список, по его мнению, составлен в угоду одному бизнесмену, который таким образом пытается избавиться от конкурентов по торговле турецкой одеждой и обувью.
“Я считаю, что я к этому не должен иметь отношения, потому что последние лет 6-7 наша команда старается работать максимально в белую. Мы инвестировали в Украину много денег, вкладываем их в инфраструктуру и логистику. Мы стараемся больше заниматься логистикой, и меньше – таможенной очисткой, стараемся от этого уходить. Если о нас остались какие-то воспоминания, то это было 10 лет назад, а сейчас мы не имеем отношения к каким-то ситуациям, которые могут привести к санкциям”, – сказал бизнесмен.
Он предположил, что попал в этот список, скорее всего, из-за таможенных терминалов.
“У нас есть терминалы и в Одессе, и на Волыни, и в Киеве. Около пяти терминалов по Украине. И мы столкнулись с агрессией со стороны силовиков. Это в основном СБУ”, – сказал он.
Затем наш собеседник объяснил суть конфликта.
Вся территория таможенного терминала – постоянное место контроля. По закону Украины и по таможенному кодексу, никто не может находиться там, кроме водителей, таможенных брокеров и грузчиков, которые там работают. А посторонние люди, даже таможенники, не прикрепленные к терминалу, не имеют права туда заходить. Только по пропускам, которые выдает руководитель местного поста.
Но в Украине есть такая практика, что силовики показывают свои документы и ходят свободно по терминалу. И неважно, чей это терминал. А руками таможни заставляют делать разные вещи: выгружать, перегружать, идти на досмотр не день в день, а через неделю. То есть давят на конкретных таможенников, чтобы они создавали искусственные барьеры для бизнеса.
“А это же наши клиенты. И чем больше давление на наших клиентов, тем меньше у нас клиентов. Мы долго пытались методом переговоров решить этот вопрос с силовиками, но не получалось. И мы поставили вопрос ребром: год или полгода назад мы жестко сказали, что если нет пропуска, на терминал не заходишь. Регистрируйся у начальника поста. А силовики же не хотят регистрироваться, потому что тогда остается след. Если они походили по терминалу сто раз, и нет ни протоколов, ни уголовного производства, их спросят, что они там делали? Силовики к этому относятся с агрессией. Мы якобы мешаем им входить в терминалы. Они даже пытались закрыть наши терминалы, чтобы нас проучить. Но пока что мы держимся, и мы думаем, что попали в этот список чисто потому, что у нас есть конфликт с силовиками. Вернее, это силовики считают, что мы к ним относимся без уважения”, – сказал Фирманюк.
И вот теперь его причислили к топ-10 коррупционеров на таможне.
“Я много лет занимаюсь внешнеэкономической деятельностью. Если проанализировать этот санкционный список, станет ясно, что его составили с одной целью: выкинуть из рынка конкурентов. Процентов 60-70 этого списка – это бизнесмены, которые занимаются только одним видом деятельности: возят одежду и обувь из Турции для 7-го километра в Одессе. Они на этом специализируются, Их всех вместе поставили в один список. Кроме одного. Это подсказывает, что этот один и есть тот человек, который создал этот список. Думаю, весь этот сыр-бор сделан для того, чтобы этот один человек избавился от конкурентов. Фамилию называть не буду. Все и так знают, кто это”, – считает Фирманюк.
По его мнению, остальные, как Вадим Альперин, попали под горячую руку. У Альперина вообще сейчас свои проблемы с НАБУ: он был арестован в 2020-м году детективами НАБУ, но вышел под залог. Из-за уголовных дел он уже отошел от внешнеэкономической деятельности, сейчас больше занимается строительством, рассказал наш собеседник. Его привязали к этому списку “чисто для того, чтобы этот список не был таким однородным”.
“А меня – потому, что я кому-то в СБУ не нравлюсь. В этом списке нет никого, кого можно было бы назвать топ-коррупционером. Там нет ни одного человека, который занимается сигаретами. Это странно, ведь украинский рынок контрабандных сигарет – номер один в Европе. Также есть рынок Duty Free: дельцы завозят алкоголь и сигареты, по документам списывают на людей, которые пересекают границу, а эти люди даже не знают, что они что-то купили. А товар потом попадает на территорию Украины реверсом. И в этом списке СНБО нет ни одного человека, который этим занимается! Хотя это огромный рынок. А почтовая контрабанда? Вы себе купили телефон и должны его растаможить, если он стоит больше 100 долларов. И есть целая индустрия, которая зарабатывает на это огромные деньги. И тоже никого в этом списке нет оттуда. И так далее”, – констатировал бизнесмен.
По его словам, под санкции попали только определенные люди, которые мешают “турецкому направлению”. Их там больше половины. А остальные там либо случайно, либо по другим причинам. Отбирали по принципу “кто неугоден спецслужбам”.
“Президент – не специалист во внешнеэкономической деятельности, он доверяет своим спецслужбам, которые дают ему аналитические справки. А я думаю, люди, которые по долгу службы должны ему подавать справки объективные, дают ему информацию необъективную. А президент на их основании принимает не совсем объективные решения. Из десяти человек в списке СНБО я знаю восьмерых. Они не должны там быть. Если к ним и есть какие-то замечания, они не такого глобального всеукраинского масштаба, чтобы нельзя было за них наказать иначе, чем санкциями СНБО. Это же не просто санкции – это деловая репутация. Это клеймо. Какой может быть бизнес, если на тебе санкции?” – задал риторический вопрос Фирманюк.
Он сообщил, что сейчас собирается идти в суды.
“Если действительно санкции будут на нашу команду, то все, мы будем безработными. Какая работа, если имущество заблокировано? Я не понимаю вообще, как так без суда и следствия можно заблокировать бизнес через санкции? Судиться потом можно годами. Но бизнеса-то уже нет”, – сказал бизнесмен.