Украинские банки массово блокируют счета политикам

Украинских банкиров обвинили в придирках и чрезмерно жестком обращении при финансовом мониторинге, то есть при проверке своих клиентов и их операций.

Претензий масса и поступили они от тех, кого относят в категорию ПЭП (PEP) — это политически значимые лица (Politically Exposed Persons), а также их родные и близкие.

Сюда относят очень многих: депутатов, руководителей политических партий, министров (заместителей), судей, прокуроров, руководителей облгосадминистраций и госпредприятий (где государству принадлежит более 50%), госслужащих, относящихся в категорию “А” и других.

Их десятки тысяч по всей стране или даже больше. И всех их банкиры стали намного тщательнее проверять с апреля 2020 года. То есть с момента вступления в силу закона №361‑IX (“О предотвращении и противодействии легализации доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма и финансированию распространения оружия массового уничтожения”).

Конечно, сильные мира сего не пришли в восторг от того, что банки отнесли их в специальную категории и стали пристально следить за каждой их финансовой операцией. Потому в НБУ посыпались жалобы на все эти проверки, и сейчас они вылились в специальный документ со стороны Нацбанка.

Это внутреннее письмо №25-0006/18568 под названием “Об особенностях деловых отношений с политически значимыми лицами”, которое подписал зампред НБУ Ярослав Матузка. Оно оказалось в распоряжении “Страны”.

В документе говорится о “многочисленных жалобах на неоправданно жесткий подход некоторых банков по части установления/продолжения деловых отношений” с публичными лицами.

Регулятор потребовал от банков объективного подхода при финансовом мониторинге, и перестать формально выполнять его требования по проверке публичных лиц.

Конкретных примеров и имен в документе не проводится, но, как объяснили “Стране” в банках и НБУ, проблема возникла из-за того, что банки стали чаще отказывать ПЭПам в обслуживании. Они делают все, чтобы не открывать таким людям счета — затягивают открытие на два-три или больше дней, ссылаясь на необходимость проверок, или пользуются любой возможностью для их закрытия.

Правда, в финучреждениях уверяют, что это не отговорки, а необходимость для выполнения новых требований.

“Дополнительного времени требует проверка. Суть которой заключается в установлении источников средств клиента. Риск-ориентированный подход требует изучения не только документов, предоставленных таким клиентом, но и данных из различных источников. Это требует времени”, — заверил “Страну” финансовый аналитик Василий Невмержицкий.

Хотя люди жалуются на то, что после истечения срока действия карточек, их отказываются перевыпустить без объяснения причин. Могут заявить, что человек “нежелательный клиент для банка”, выдать деньги со счета через кассу и выдворить из банка. А те, кто не остался без карточки и кому не закрыли счета, постоянно чувствует на себе внимание со стороны подразделений финмониторинга в банке. У них постоянно запрашивают документы о происхождении их денег, блокируют проплаты при малейших сомнениях/подозрениях.

“Не могу сказать, что случаи блокировки счетов или отказа в их открытии — системная проблема. Но они, конечно, есть. Впрочем, связаны они зачастую с тем, что клиент отказывается предоставлять документы, запрашиваемые банком”, — сказал Невмержицкий.

Первые жалобы и скандалы стали возникать еще летом 2020 года, когда финансисты начали повсеместно внедрять новые требования к ПЭПам по новому закону (№361‑IX), а сейчас они достигли своего апогея. Потому жалобщики стали атаковать Нацбанк и требовать принять меры в отношении финучреждений, который по мнению политиков/чиновников, безосновательно к ним придираются.

“Проблема усугубилась после вступления в силу закона №361-IX, который фактически снял срок давности для признака “политически значимое лицо”. Это привело к тому, что пул таких клиентов резко вырос. Особенно с учетом родственников. В настоящий момент ПЭПом банки считают любого человека, который когда-либо за время независимости занимал государственную должность”, — объяснил Невмержицкий.

Со стороны ситуация выглядит, как в старом сериале “богатые тоже плачут”: финансисты требуют от политиков и чиновников подтвердить легальность происхождения их средств, когда те делают крупные взносы на счета или проплаты, и при первой же возможности блокируют операции.

А ПЭПы и их близкие возмущаются — заявляют о произволе и притеснениях.

Во-первых, для них это и правда в новинку, а во-вторых, объяснять и отчитываться и правда приходится нередко по разному поводу в каждом банке.

Ведь Нацбанк сам разрешил подопечным устанавливать собственные критерии и параметры крупных операций. По закону №361‑IX, финансовый мониторинг начинается со сделок от 400 тысяч гривен, однако НБУ после вступления его в силу выдал свой подзаконный акт (постановление №65), в котором потребовал, чтобы банки устанавливали собственные критерии и суммы проверяемых оперяемый операций.

Потому у всех все по-разному.

Один банк позволит заплатить карточкой сразу на 250-300 тысяч гривен, а другой — лишь до 50 тысяч гривен, а операции свыше просто заблокирует.

В вышеупомянутом внутреннем письме №25-0006/18568, Нацбанк потребовал от банков был гибче. Перестать блокировать операции клиентов-пэпов по поводу и без повода, но при этом тщательнее анализировать каждого.

В документе называется три условия, при которых можно не выяснять источники состояния (богатства) важной персоны:

• если уровень риска по финансовой операции низкий (даже при значительной сумме);
• если у банка нет подозрения по отмыванию средств/финансированию терроризма;
• если счета используются в основном для получения зарплаты, соцвыплат и, если объем сделок не превышает 200 тыс. за квартал, то есть около 67 тысяч гривен в месяц.

Если все три правила одновременно соблюдаются, то банкам позволяют проводить платежи без лишних вопросов. По сути, финансистам позволили немного ослабить контроль для тех, кто живет на зарплату (пускай даже солидную), не покупает авто и яхты и не был замечен в связях с террористами и в отношении кого не открывались уголовные дела по отмыванию денег.

Также Нацбанк предписал ввести послабления в отношении тех, кто ушел с госслужбы, двинулся в коммерцию и, по сути, уже не является ПЭПом. Это не значит, что его должны “снять с крючка”. НБУ просто предлагает проверять таких личностей по упрощенной процедуре.

В его разъяснении говорится при каких условиях это возможно:

• если клиент обслуживался в банке до вступления в силу Закона о предотвращении легализации;
• если с момента прекращения выполнения определенных публичных функций прошло не менее 12 месяцев;
• если операции по счету понятны для банка (например, операции проводятся в рамках полученной заработной платы, социальных выплат);
• если у банка есть история обслуживания клиента;
• если клиент использует счет для получения заработной платы и социальных выплат;
• если не проводит подозрительных финансовых операций.

Это должно немного уменьшить давление на ряд публичных лиц и их родственников.

“Думаю, письмо НБУ частично позволит снять проблему. За счет более четких рекомендаций относительно работы с клиентами, занимавшими государственные должности в далеком прошлом. По ним можно будет проводить менее детализированную проверку, если на то не будет веских оснований”, — спрогнозировал Василий Невмержицкий.

Однако это не значит, что их перестанут проверять. Поскольку Национальный банк назвал в своем письме 13 индикаторов для установления банком “высокого риска деловых отношений с национальными ПЭП”.

“Страна” приводит полный список:

1. Использование корпоративных механизмов (юридических лиц и других образований) с целью сокрытия реального собственника.

2. Использование посредников с целью сокрытия конечного бенефициарного владельца, который является ПЭП.

3. Использование членов семьи или связанных лиц в качестве законных владельцев активов публичного лица (например, оформление права собственности на активы на членов семьи или связанных лиц).

4. Наличие доступа к государственным активам, средствам и финансовым операциям с ними.

5. Наличие контроля за разрешительными органами, которые выдают лицензии и права концессии.

6. Наличие прямой или косвенной возможности контролировать механизмы, направленные на выявление или предотвращение отмывания средств/финансированию терроризма.

7. Осуществление решающего влияния на деятельность финансового учреждения, контроль за ним косвенно или через занимаемую должность.

8. Деятельность, связанная с торговлей оружием или военно-промышленным комплексом.

9. Деятельность, связанная с госзакупками (поставками товаров/ услуг государству или госорганам).

10. Деятельность, связанная со строительством и (большой) инфраструктурой, осуществляемая за счет государственных/коммунальных средств.

11. Осуществление полномочий, связанных с деятельностью госорганов власти, в частности с принятием решений по распределению госсредств, приватизации государственного имущества, земельных участков, закупки продукции/услуг за госсредства, назначение на должности в органах государственной власти/местного самоуправления, принятие законов и подзаконных нормативно-правовых актов, принятия судебных решений.

12. Зачисление/получение наличных средств в больших объемах.

13. Проведение финансовых операций, связанных с приобретением ПЭПом и/или членом его семьи предметов роскоши, оплатой услуг с высокой стоимостью, в том числе, проводимой через их представителей.

Понятно, что все эти направления и сделки теперь будут проверяться банкирами еще с большей активностью и упорством.

А многие будут стараться всеми правдами и неправдами минимизировать обслуживание публичных лиц.

Неофициально банкиры признают, что получают больше проблем от таких клиентов, чем реальной выгоды. Ведь за малейшие просчеты или ошибки Нацбанк штрафует банки за нарушение правил финансового мониторинга.

“Обслуживание публичных лиц далеко не всегда выгодно банку. Гривневые ресурсы (то есть депозиты крупных вкладчиков) ПЭПов нам сейчас не нужны, ведь кредитование стоит. А хлопот с ними очень много. Нужен уже значительный штат финмоновских работников с большой зарплатой, чтобы следить за проводками таких клиентов, как того требует Нацбанк. Правила этой слежки постоянно корректируются, и если мы ошибемся или оступимся, то получим от НБУ штраф, и будем в большом минусе по обслуживанию таких людей. Никому это не нужно. Знаю, что иногда клиенты-большие шишки стараются в личном порядке договориться с руководством банка — договориться с председателем правления или его замами о проведении каких-то операций/сделок. Но это уже коррупционная деятельность, которая ничего не имеет общего с финансовым результатом банка. Для банка финрез часто отрицательный, потому ему выгоднее вообще не открывать новые счета ПЭПам и позакрывать старые”, — рассказал “Стране” директор подразделения финмониторинга одного из крупных банков.

Такую точку зрения разделяют многие опрошенные банкиры, которые в шутку уже предлагают создать отдельный банк для публичных лиц со штатом специально обученных специалистов и обслуживать там чуть ли не всех политически значимых клиентов под жестким контролем Нацбанка. Такое вряд ли выполнимо на практике.

Потому недовольство сильных мира сегодня и постоянные жалобы в НБУ, скорее всего, будут продолжаться. Чем больше будет претензий — тем чаще будут корректироваться нацбанковские правила и требования.