“Жадный беспринципный барыга”: Атошник рассказал о конфликте с Порошенко в Ровно
Вчера, 3 декабря, на заседании первой сессии новоизбранного Ровенского городского совета разразился скандал. У пятого президента Украины Петра Порошенко произошла словесная перепалка с атошником Ярославом Гранитным.
В 2017 году Гранитному предъявили обвинения в сепаратизме и госизмене после организации митинга в Ровно. Мужчина три года провел в СИЗО, а в настоящее время находится под ночным домашним арестом. “Страна” разыскала Гранитного и узнала, за что он обиделся на Порошенко, что это за дело о сепаратизме и при чем тут янтарная мафия.
— Вчера вы публично обвинили Порошенко в том, что он сломал вам судьбу и законно упрятал в тюрьму. Кто вы и о каком деле вообще идет речь?
— В 2017 году в Ровенской области творился беспредел, связанный с янтарем. Я никогда не лез в янтарный бизнес. Многие добытчики янтаря помогали атошникам. Я знал, что это за бизнес, что там происходило. С товарищами, которые занимались янтарем мы решили организовать акцию протеста под стенами Ровенской ОГА в поддержку легализации янтаря.
— А при чем здесь янтарь к сепаратизму?
— В то время главой Ровенской ОГА был Алексей Муляренко. Он знал, что я на то время был правой рукой Сашка Билого (прозвище радикал-националиста Александра Музычко – Ред.), поэтому испугался, что я буду штурмовать здание ОГА.
— Вы были правой рукой Сашка Билого?
— Еще в 2007 году присоединился к силам правой идеологии. Я понимал, что США, а тем более Россия, Украине не помогут. Мы закачали рукава и начали работать. И я присоединился к “Свободе”, где проработал до 2013 года. Когда я пришел, рейтинг “Свободы” в Ровно был 0,8%, а когда уходил, рейтинг вырос до 20%. Но “Свобода” предала свои идеалы, партийное руководство начало перекочевывать от правых взглядов к центрическим. Больше мне нечего было делать в этой партии, и я присоединился к Сашку Билому. Мы начали поднимать УНА – УНСО. Но потам на Сашка начали заводить уголовные дела, его посадили в СИЗО. Меня, видимо, преследует такая же судьба. С началом войны я стал инструктором по боевой подготовке. Подготавливал ребят в УНА – УНСО.
— Это вы про то, что вас также посадили в СИЗО?
— Да. И когда задерживали, хотели спровоцировать, чтобы я начал обороняться, чтобы меня ликвидировать, как Сашка.
— Вернемся у событиям в Ровно. Следствие обвиняет вас в штурме ОГА. Вы утверждаете, что не пытались штурмовать администрацию. Кому верить?
— Нет, это была мирная акция. Мы планировали двухдневный митинг, но после первого дня на меня начали давить силовики, установили слежку. Я принял решение не идти на вторую акцию, чтобы не привлекать лишнего внимания к участникам митинга со стороны полиции. В связи с чем попросил провести акцию Юрия Клеймоса. Он также впоследствии был задержан.
— А что вам инкриминировали?
— Перед началом второй акции некий Глеб Олейник написал заявление в полицию, что мы организовываем сепаратистский митинг, и что наша цель – изменить территориальные границы Украины.
— Так а в чем СБУ усмотрела сепаратизм?
— Этот Глеб Олейник якобы нашел в урне с мусором неподалеку от места, где мы проводили митинг, разорванный плакат, на котором были какие-то заявления сепаратистского характера. Но таких плакатов на нашем митинге точно не было. Также, по версии следствия, митинг был проплачен из РФ, и якобы я получил за него 4 тысячи долларов. Но это полная чушь. Еще в качестве доказательства следователи говорят, что мы призывали к созданию Ровенской республики. Но такого не было.
— Вы хотите сказать, что из-за акции протеста в поддержку легализации янтаря вас обвинили в сепаратизме?
— Нет. Это была расправа за то, что мы хотели навести порядок в янтарном бизнесе, легализировать его. Многим добытчикам лучше платить в казну, нежели силовикам. Это огромные деньги, сотни миллионов долларов. Вся эта “шобла” так испугалась, что они решили нас закрыть, а не разбираться.
— На видео во время перепалки с Порошенко слышно, как один из его сторонников говорит, что у вас нашли оружие. Что это за оружие?
— У некоторых ребят, которые принимали участие в митинге были с собой перочинные ножи. И все ровенские СМИ подхватили версию, что это оружие. Дома у меня хранился автомат АКМС. По правде сказать, на момент моего задержания у меня было просрочено разрешение на ношение. Но это оружие было мною официально зарегистрировано. Оно хранилось у меня дома в сейфе.
— Как вы оказались около Порошенко? Вы знали, что он должен был приехать в Ровно? Это была спланированная акция
— Такие слухи ходили, но точного подтверждения не было. Я не ставил себе за цель поскандалить с Порошенко. Я как активный житель своего региона пришел на первую сессию новоизбранного Ровенского горсовета. Когда я увидел Порошенко, у меня и мысли не было к нему подходить. Но после того, как он начал выступать и рассказывать про какую-то европейскую страну, которую он строит, про какие-то ценности, которые он пропагандирует, у меня внутри что-то перевернулось. Как эта “скотыняка” может рассказывать про европейские ценности? Я на своем примере ощутил его европейские ценности. Я дождался, когда он закончил свою речь, после чего высказал свое мнение, что я думаю про его “европейские ценности”.
— Вы были ранее знакомы с Порошенко?
— Нет. Это была наша первая встреча. Но мои близкие мне передавали, что он знает про мое дело и держит его на контроле.
— Порошенко призвал вас идти в суд и доказывать свою невиновность. Что вы на это ответите?
— Про какой суд он говорит? Во времена его президентства он давил на судей и прокуроров. Он заставлял их открывать уголовные дела против правых.
— Вы обвинили Порошенко в уничтожении добровольческого движения. Почему?
— Он не то, что добровольческое движение уничтожил, он уничтожил все правое движение.
— Как вы охарактеризуете Порошенко?
— Жадный беспринципный барыга.
— На каком этапе сейчас ваше дело?
— После трех лет в СОЗО мне изменили меру пресечения на ночной домашний арест с ношение браслета. С 19:00 до 08:00 мне нужно находиться дома. По сути дело не рассматривают, четвертый год подряд мне продлевают меру пресечения и все. Несколько месяцев назад я впервые увидел материалы своего уголовного дела.