Как ведущие «Интера» срывали уроки в школе и чем развлекались на переменках?
Никто не остается равнодушным к сочетанию слов «1 сентября»! Согласитесь, каждому есть что вспомнить о годах, проведенных в школьных стенах. Ведущие телеканала «Интер» подготовили чистосердечные признания о том, как им удавалось срывать уроки, уживаться с соседями по парте и дурачиться на переменках.
Чем занимались на школьных переменках?
Андрей Данилевич: – За это короткое время старался успеть съесть «тормозок», который мама давала в школу! Как сейчас помню: бутерброд с маслом и колбасой и яблоко, всегда испачканное маслом от бутерброда.
Артем Позняк: – В младших классах мне нравилось кататься на коленях по коридору. А вот в старших – девчонки!
Жанна Тихонова: – Бывало, запланируешь что-то грандиозное, а в конце урока раздается голос педагога: «Звонок звенит для учителя!» И рушатся все планы, понимаете? Абсолютно все!
Андрей Доманский: – Мы играли в дворовую игру «Чу», используя в качестве фишек монетки, бутылочные пробки и вкладыши.
Андрей Дромов: – В младших классах, как и все, дурачились в коридорах, катаясь на коленях по паркету: затирали до дыр идеально выглаженные стрелки брюк.
Анастасия Даугуле: – Ох, столько нужно было успеть! Пробежаться по всем этажам школы, встретить знакомых, переговорить с друзьями из параллельных классов, узнать последние новости и успеть примчаться на свой следующий урок.
Роман Кадемин: – Мы обычно успевали обсудить с одноклассниками, кому именно улыбалась девчонка за соседней партой, обменяться вкладышами жвачек «Turbo», а иногда даже списать домашнее задание. Переменки всегда пролетали незаметно.
Какие воспоминания остались о соседе по парте?
Андрей Данилевич: – Вместе с соседом по парте на последней странице тетради придумывали, какая у кого будет подпись в паспорте! Получается – отрабатывали автографы (смеется).
Артем Позняк: – Мой сосед по парте был феноменом. По крайней мере, он сам так думал. Его особенность заключалась в том, чтобы таскать с собой в школу столовые предметы и клеить их на себя, уверяя при этом всех, что он – магнит.
Жанна Тихонова: – Очень тепло вспоминаю Алешу Грищенко – мы вместе сидели в средних классах. Он пел мне Цоя: «Я сажаю алюминиевые огурцы на брезентовом поле…» и прочее. Нас часто ругали за смех на уроках.
Андрей Доманский: – Мне повезло, и чаще всего моими соседками становились девчонки. Я понимал точные науки, а они – гуманитарные, вот и помогали друг другу. А симпатий к соседкам как-то не возникало: учителя чувствовали подобное и, как назло, рассаживали по разным углам. Из-за этого по классу нередко летали самолетики или бумажки.
Андрей Дромов: – Меня всегда отсаживали на заднюю парту, потому что я любил поболтать с соседом. К тому же я часто отвлекался, поэтому нередко учителя просили покинуть класс и подумать о своем поведении.
Анастасия Даугуле: – Я сидела за предпоследней партой вместе со своей лучшей подругой. Она занималась бальными танцами, ездила на соревнования по всему миру и привозила разные истории – вот их я и слушала, когда урок был не самый интересный.
Роман Кадемин: – От моего соседа по парте, честно говоря, я был в шоке. Когда мы, более хулиганистые пацаны, резались на перемене во вкладыши, он бежал в библиотеку, брал небольшую книгу и… прочитывал ее во время следующего урока! Поэтому, как вы понимаете, ему было не до меня.
Какие придумывали способы, чтобы прогулять уроки?
Андрей Данилевич: – Одна суперидея прогула у меня так сработала, что я потом месяц не ходил в школу. Мы с братом играли в каратистов, и мой удар ногой пришелся по стулу! Папа сказал: если к утру палец посинеет – значит, перелом, в школу идти не нужно. На следующий день я проснулся, а палец не синеет! Превозмогая боль, движениями вверх-вниз я довел его до посинения. Перелом был явный! Правда, я, наивный, думал, что в таких случаях гипс накладывают на сам палец, а оказалось – «валенок» до колена… И школа никуда не девалась: бегал на костылях за домашними заданиями к однокласснице в соседний дом.
Артем Позняк: – Мои родители много работали, поэтому всего-то и нужно было, что проснуться рано, выполнить все действия, позавтракать, выйти с родителями из дома, помахать вслед уходящему автобусу, на котором уезжали родители, и… вернуться домой.
Жанна Тихонова: – Как-то мы очень не хотели идти на физику. Закрылись в классе и ключ выкинули из окна третьего этажа, будто мы в заточении такие сидим, очень хотим на урок, но перейти из кабинета в кабинет никак не можем.
Андрей Доманский: – Чаще всего принималось коллективное решение не идти на урок: весь класс не накажешь же! Еще один из методов заключался в том, чтобы запихнуть в замок спички – и тогда преподаватель не мог открыть его ключом. На самый крайний случай, можно что-то дурно пахнущее разлить в классе.
Андрей Дромов: – Было все: имитация простуды, повышение температуры путем поедания грифеля карандаша, набивание ложкой себе по ноге, чтобы та распухла, подначивание всего класса и взрывание петард в туалете… Да, вы уже догадались, что родительское собрание с меня начиналось и мной заканчивалось? (улыбается)
Анастасия Даугуле: – Я не прогуливала, но иногда просыпала первый урок. Тогда классный руководитель отправлял за мной кого-нибудь из одноклассников: те яростно звонили в дверной звонок, вваливались веселой гурьбой и ели конфеты, пока я собиралась в школу.
Какой ваш любимый школьный предмет?
Андрей Данилевич: – Украинская и русская литература, физика, физкультура и английский язык, в учительницу которого я был тайно влюблен.
Артем Позняк: – Литература! В учебнике было больше всего портретов, которым можно дорисовать усы (да, каюсь, грешил этим). А еще мне нравилось писать сочинения.
Жанна Тихонова: – Русская литература. Но и там подростка подстерегали скучные истории, которые я смогла в полной мере оценить лишь спустя некоторое время после окончания школы.
Андрей Доманский: – В младших классах любил природоведение: гербарий собирать, жучкам пузики прокалывать… А в старших классах нравились точные науки.
Андрей Дромов: – В школе я учил только те предметы, которые мне очень нравились: английский и биологию.
Анастасия Даугуле: – Безграничная и взаимная любовь у меня с историей, литературой и языками. Еще нравились математика, алгебра, геометрия: доказательство теорем, решение уравнений на два листа…
Роман Кадемин: – Несмотря на то, что я учился в классе с математическим уклоном, меня больше привлекали все-таки гуманитарные предметы – литература и история.